За опытом – к Третьякову

Современные украинские коллекционеры и аукционисты (а это часто одни и те же люди) любят изобретать велосипед, придумывая всяческие стратегии развития арт-рынка и тактику продаж и покупок прекрасного. Хотя на самом деле стать первооткрывателем в этой сфере сложно. Зато вполне достаточно помнить опыт знаменитых предшественников, например Павла Михайловича Третьякова. Конечно, сегодня его имя окружено мифом этакого благодетеля, чуть ли не отца родного для русских художников, не жалевшего денег на живопись и живописцев. На самом деле все было не совсем так. Да, художники были благодарны Третьякову, ведь он часто покупал картины тех, кого назвали бы, говоря современным языком, нераскрученными. Коллекционер полагался на свое чутье и, надо сказать, оно его не подводило. Инвестиции себя оправдывали. Работы мастеров, позднее известных как художники-передвижники, Третьяков скупал на корню, а многие полотна вообще были написаны по его заказу. За картины собиратель платил живописцам не ахти какие деньги, любил поторговаться, иногда отказывался от слишком дорогих произведений, хотя очень хотел их приобрести (и деньги на это имел). Еще одна из коллекционных технологий Третьякова – оптовая скупка работ одного художника. У Верещагина он купил 144 картины и этюда и 127 рисунков карандашом. У Поленова – 102 этюда, выполненных во время путешествия по Турции, Египту, Сирии и Палестине. У Васнецова – собрание эскизов, сделанных в период работы над росписями Владимирского собора в Киеве.

Цены на вырост

Аукцион «Корнерс» решил устроить коллекционерам своеобразную «проверку на третьяковщину», выставив на продажу две картины с еще не высох-шими красками – 2008 г. В результате работа киевлянина Александра Сая «Украинская ночь» ушла за $ 12 тыс. при эстимейте $ 12‑20 тыс. А вот «Переговоры» одессита Евгения Петрова были проданы за $ 6 тыс. при эстимейте $ 2‑5 тыс. Здесь в ценообразовании, несомненно, сыграла роль политическая составляющая. Художник, изобразив морских гадов, явно подразумевал оте-чественных политиков, а покупатели явно это хотели увидеть.

Творчество тех, кого принято называть современными мэтрами, было представлено на аукционе картиной Александра Ройтбурда «Без названия». За нее было заплачено $ 6 тыс. Кто собирает Ройтбурда? Да тот же Виктор Пинчук.

Если сравнивать цены на работы современных украинских художников на «Корнерс» в Киеве и цены на полотна здравствующих российских художников на Sotheby's в Нью-Йорке, то там самой дорогой стала картина Эрнста Неизвестного «Взгляд». Она ушла с молотка за $ 53,1 тыс. А «Карнавал в Санкт-Петербурге» Михаила Шемякина был продан за $ 40 тыс.

Плата за титул

Продажи русской и украинской живописи на «Корнерс» продемонстрировали джентльменский для киевских аукционов набор живописцев – среди лидеров прежде всего Шишко и Глущенко. А вот из интересных моментов торгов – продажи работ великой княгини Ольги Александровны Романовой (1882-1960), дочери императора Александра III. Ее картины «Яблоки созрели» и «Возле камина» были проданы за $ 14 тыс. и $ 11 тыс. соответственно. Впрочем, в данном случае интересна не цена, а то, что киевские аукционы с завидной регулярностью выставляют на продажу работы этой царственной особы. Создается впечатление, что у кого-то из отечественных коллекционеров есть целые залежи картин великой княгини, не попавших на выставку ее работ в Третьяковской галерее в 2007 г.

Так что и в Киеве дело Павла Михайловича Третьякова живет и процветает. Единственное, в чем он не похож на большинство современных богатых коллекционеров, – роскоши не любил. Никаких тебе балов, приемов, рулеток. Всю жизнь проходил в сюртуке одного покроя. И позволял себе единственную из примет тогдашней богатой жизни – одну сигару в день.