Пищепром, ритейл, телевидение, финансы и фармацевтика – своим развитием эти отрасли во многом обязаны фондам прямого инвестирования (ФПИ, англ. – Private Equity Funds). Они покупают дешевые или недооцененные активы, вкладывают деньги в развитие и после этого выгодно продают. В Украине ФПИ появились в 1990‑х. Пионерами здесь были Western NIS Enterprise Fund (WNISEF, США, учредил управляющую компанию Horizon Capital), SigmaBleyzer (США), а также Euroventures (фонд финансируется ЕБРР и правительством Нидерландов). Кроме того, в роли ФПИ в Украине выступают Европейский банк реконструкции и развития и Международная финансовая корпорация. Долгое время эти учреждения были единственными крупными инвесторами, желающими заработать на росте капитализации украинских предприятий. Но в последние годы подобных им становилось все больше.

Так, летом 2006‑го инвесткомпания Hansberger Global Investors (США), управляющая на тот момент свыше $ 8,5 млрд. своих клиентов-инвесторов, создала Фонд прямого инвестирования в Украину в размере около $ 400 млн. А в конце прошлого года свое представительство в Киеве открыла Advent International (международная инвестиционная группа). Весной она учредила ФПИ ACEE IV с капиталом € 1 млрд. для инвестиций в страны Восточной Европы, в том числе в Украину. Примерно тогда же в роли Private Equity Funds выступили ИК Dragon Capital и East Capital, купившие контрольный пакет акций одного из крупнейших отечественных производителей продуктов питания – компании «Чумак».

Сегодня, на фоне глобального кризиса, для ФПИ должно наступить звездное время. Ведь активы предприятий дешевеют, а заемный капитал дорожает. Казалось бы, самое время скупать уцененные предприятия. Но этого не происходит, и, по словам инвесторов, в ближайшее время вряд ли произойдет. На что есть свои причины.

Купи-продай

Фонды прямых инвестиций – это приватные деньги. Участниками такого фонда могут быть как институциональные инвесторы, так и частные лица. Что до последних, то участие в фондах под силу далеко не каждому, поскольку порог входа в них – миллион долларов. Схема работы ФПИ выглядит примерно так. Находят интересный и перспективный в плане развития объект (предприятие), в котором фонд становится либо главным акционером, либо одним из крупнейших. Затем вкладывают определенные средства в его модернизацию: улучшают технологии, совершенствуют оборудование, менеджмент, маркетинговую стратегию, ищут новые рынки сбыта и пр. Предприятие становится на порядок более эффективным и инвестиционно привлекательным, чем было ранее. Спустя какое-то время ФПИ выходит из бизнеса, продав свою долю учредителям или другому инвестору и зафиксировав прибыль.

Объекты находят по-разному. Иногда в ФПИ обращаются владельцы бизнеса, у которых есть желание развиваться и им для этого нужны дополнительные деньги. Но чаще объект инвестирования приходится искать самостоятельно. Это особенность развивающихся рынков. Во всяком случае, в Украине до последнего времени было именно так. «Зачастую нам приходится это делать самим. Причина в том, что владельцы предприятий замыкались в рамках своих понятий относительно ведения того или иного бизнеса. Многие не знали, что при некоторой модернизации их компании могут быть в несколько раз эффективнее и прибыльнее», – рассказывает заместитель директора Международного фонда Блейзера в Украине Олег Устенко.

У Private Equity Funds есть две характерные черты, отличающие их от венчурных и хедж-фондов, а также от портфельных инвесторов. Во-первых, ФПИ стремятся если не к контролю, что всегда предпочтительно, то хотя бы к значительному влиянию на свои портфельные Инвестиции. Как правило, минимум, который их интересует, – это блокирующий пакет, а максимум – 100 %-ное участие в бизнесе. «Контроль желателен потому, что Private Equity Funds всегда имеют свою программу действий, направленную на увеличение капитализации компании, ее эффективности. Иногда для этого необходимо полностью менять менеджмент», – объясняет управляющий директор по прямым инвестициям Dragon Asset Management Алекс Мунтяну.

Во-вторых, ФПИ – это достаточно длинные Инвестиции. На реализацию стратегии развития предприятия может уйти от 5 до 10 лет. Это зависит от конкретного случая. Поэтому к таким инвесторам любое правительство относится с бóльшим уважением, нежели к портфельным. «Портфельщики – достаточно мобильные инвесторы. Они могут быстро отреагировать на рыночные события и принять решение оставаться или нет. Поэтому в период катаклизмов они несколько опасны для макроэкономической стабильности. ФПИ гораздо менее мобильны. Однажды войдя в бизнес, Private Equity Funds не сможет, образно говоря, упаковать чемоданы и быстро выйти. Что для государства весьма удобно», – утверждает господин Устенко.

Для любого правительства более привлекательными являются ФПИ и стратегические Инвестиции. Они приводят в страну длинные деньги, а это новые технологии, рост производства и конкурентоспособности. Что же не дает инвесторам использовать все эти преимущества сегодня?

L-образное будущее

По их словам, кризис ликвидности не мог не внести коррективы и в их поведение. «Теоретически сейчас может быть неплохое время для входа на рынки. Но кто знает, что с ними будет происходить в дальнейшем. Визуально рынок может развиваться V-образно (резкий спад и резкий рост), U-образно (более плавный спад и рост). Но сегодня рынкам предрекают L-образное будущее – то есть спад и боковой тренд на неопределенный срок. Поэтому, несмотря на удешевление активов, Private Equity Funds будут действовать с большой осторожностью», – объясняет логику инвесторов господин Устенко. «В США некоторые ФПИ еще недавно активно инвестировали в финансовые активы, когда им показалось, что рынок достиг дна, а оказалось, что дно гораздо ниже. Многие из них потеряли значительные средства, например те, кто вложил в Lehman Brothers», – дополняет коллегу управляющий директор Dragon Asset Management.

Зачастую реализация инвестпроекта зависит не только от ФПИ, но и от его партнеров по бизнесу. К примеру, фонд покупает 51 % акций предприятия, а остальными 49 % владеют другие учредители. Инвестировать в его развитие они должны пропорционально. И если у партнеров на каком-то этапе возникнут проблемы с ресурсами, что в условиях кризиса вполне возможно, ФПИ станет заложником ситуации. Ему придется либо дофинансировать проект своими силами, либо выходить из него преждевременно.

«Мы считаем, что для ФПИ этот период характеризуется как новыми возможностями, так и трудностями. Появятся условия для инвестирования, так как оценка компаний станет более реалистичной. При этом возникнут трудности при управлении существующим портфелем компаний», – отмечает вице-президент Horizon Capital Питер Хархалис. По его словам, некоторые сделки, рассмотрение которых началось до кризиса, так и не были завершены, поскольку резко меняются макроэкономические показатели, а также прогнозные результаты деятельности компаний, заложенные в оценку привлекательности проектов.

Аналогичная картина наблюдается и на мировых рынках. По данным аналитического издания Real Deals, в III квартале 2008 г. значительно сократился общий объем сделок прямого инвестирования в Европе. По сравнению с тем же периодом прошлого года он снизился на 40 %.

Идеальное для ФПИ время, по мнению самих инвесторов, настанет в том случае, если глобальный кризис ликвидности канет в Лету на большинстве развитых рынков, но, допустим, продлится на развивающихся. «Тогда, безусловно, для Private Equity Funds наступят звездные времена. Но, к сожалению, это вопрос не нескольких месяцев, а, скорее, нескольких лет», – уверен господин Устенко.